Есть ли будущее у современных демократий?

Что лежит в основе политической апатии: мнения

С конца 90-х гг. XX века все больше ученых сходятся на том, что политические ориентации и установки новых поколений в развитых странах сильно отличаются от ценностей предыдущих, в то время как основные демократические институты не претерпевают значительных изменений. Прежде всего, это касается видов политического поведения и уровня политического участия. В результате такой дисбаланс между поколениями все больше рассматривается как катализатор возможных социальных и политических изменений в континентальной Европе и странах англосаксонской культурной модели.

Ряд политологов считает создавшуюся ситуацию свидетельством ослабления демократических обязательств и уровня политической активности молодежи. Основное и наиболее опасное явление, которое из этого следует – сокращение числа молодых людей, которые регулярно принимают участие в выборах разного уровня. В большинстве развитых стран уровень политического эскапизма и так достаточно высок, что объясняется в основном низким интересом к политике со стороны молодежи.

В то время как некоторые исследователи обращаются к таким категориям, как политический цинизм, низкий уровень политического интереса или гражданских обязательств, другие нацеливаются на институциональные недостатки, которые и лежат, по их мнению, в основе политической апатии новых поколений. Сложность избирательной системы, слабые идеологические отличия основных оппонентов, отсутствие реальной политической альтернативы – все это, безусловно, сказывается на нежелании молодежи участвовать в выборах.

Другой фактор, указывающий на ослабление участия молодежи в публичной политике – низкий уровень партийной идентичности. Известно, что уровень политической идентичности возрастает с взрослением избирателя. Тем не менее, и эта аксиома теряет свою очевидность в последнее десятилетие – молодые люди все больше сторонятся участия в партийной жизни вне зависимости от видов партий и их идеологий. Именно к такому выводу пришел Рассел Дэлтон на основании результатов своего исследования, проведенного в 2002 году (The Decline of party identifications): «В развитых странах молодежные ячейки основных политических партий, которые изначально считались основным инструментом рекрутирования, быстро теряют своих членов, находясь на последнем издыхании».

Несмотря на то, что научное сообщество признает крайне важным фактор политической апатии современной молодежи, единого заключения о том, как именно это следует интерпретировать, нет. Одна группа исследователей рассматривает эти тенденции как индикатор более крупных структурных изменений в политической системе и общественной структуре в целом. Согласно их взглядам, молодые люди самоустраняются не только из процесса голосования и партийной политики, но и из других форм гражданской активности.

Роберт Патнэм отмечает, что смена поколений является основным фактором, воздействующим на снижение влияния социального капитала в американском обществе конца 90-х годов (Bowling alone. The Collaps and revival of American community). В последние годы молодые люди воздерживаются от участия в деятельности различных общественных организаций, добровольных объединений, направленных на оказание социальной помощи. Эти организации всегда пользовались особенной поддержкой, т.к. не вводили молодежь в систему жестких правил (как в политических партиях) и оставляли полную свободу действий. Причем Роберт Патнэм не объясняет это исключительно возрастным фактором, ссылаясь на то, что в годы молодости «поколения отцов» уровень политического и общественного участия в США был гораздо выше.

Неучтенная политическая активность

Другие авторы менее пессимистичны в своих высказываниях, указывая на односторонность подобных исследований. Они накопили значительную доказательную базу, свидетельствующую, что падение уровня политического участия молодежи объясняется не столько снижением доверия к основным политическим институтам, сколько другими, неформальными видами участия новых поколений в политической жизни.

Часто эти формы политической активности (от ношения отдельных элементов одежды с политическими лозунгами до посещения различных митингов, манифестаций, подписания тех или иных петиций) даже не учитываются в рамках политического анализа. Об этом, в частности, пишет в статье The inadequacy of concepts, the rise of youth interest in civic participation in Quebec Мадлен Готье, ссылаясь на результаты собственного исследования, посвященного формам гражданской активности. В то же время она отмечает, что новые поколения более привержены основам демократии, нежели предыдущие.

К этому же выводу приходит Роберт Инглхарт в своем исследовании 2003 года: «Демократические ценности, в частности принцип разделения властей, права человека очень важны для современной молодежи. Кроме того, она весьма критично настроена к любым проявлениям авторитаризма и различным формам иерархизации со стороны политических институтов. Новые поколения толерантны к различным формам социальной активности культурных общностей, а также сексуальных меньшинств; и что, как не это, свидетельствует о широком распространении демократических идей» (Inglehart, R. and Norris, P., Rising tide. Gender Equality and cultural change around the world).

Фактически молодежь выступает авангардом нового поколения «human critical» (понятие Роберта Инглхарта), которое со скепсисом относится к функционированию старых политических институтов, но в тоже время является приверженцем демократическим норм и ценностей.

Тем не менее, в большинстве статей, опубликованных в период с 2003 по 2007 гг., продолжает обсуждаться вопрос «К чему может привести политических эскапизм современной молодежи и как эту ситуацию можно исправить?». В рамках этих исследований изучается подверженность молодых людей (как правило, с 16 – 18 лет) различным видам социальных и политических изменений. По сути дела, предполагается, что если удастся выяснить как можно больше о политической ориентации молодых людей, прогнозы относительно социального и политического развития страны будут более точны. В частности, именно этому посвящены работы Рассела Дэлтона.

Гипотеза устойчивости

В то время как исследователи 50-60-х гг. XX века выявили существенную корреляцию между возрастом и степенью доверия к различным государственным институтам (подчеркивалось, что с возрастом люди им доверяют гораздо меньше), недавние работы показали наличие обратной взаимосвязи. Молодежь (люди в возрасте от 16 – 30 лет) настроена гораздо более пессимистично, нежели взрослые. На основании этого Рассел Дэлтон делает следующий вывод: «Новые поколения все более открыто проявляют пренебрежительное отношение к политике. Представители «поколения X», к примеру, являют собой пример крайне циничного отношения к государственным институтам, и с возрастом это чувство у большинства из них усиливается. Нормальный процесс смены поколений, таким образом, может привести к еще большему падению уровня доверия к деятельности политических институтов и соответственно к революционным изменениям в современных демократиях».

В рамках данной концепции молодые поколения рассматриваются как основной индикатор возможных социальных и политических катаклизмов. Подразумевается, что если какой-то «вредоносный газ» появится в «чистом демократическом пространстве», первым, кто обратит на него внимание, будет именно молодежь. Безусловно, столь инструментальное понимание данного вида исследований крайне противоречиво.

Политические ориентации молодежи могут быть свойственны только представителям данной возрастной группы и вызывать негативную реакцию со стороны других поколений (достаточно обратится к опыту движения «хиппи» в США и Западной Европе). В этом случае ни о какой передаче ценностей, несущих в себе опасность для демократического режима, не может идти и речи.

Также исследования, проведенные в 2003 – 2007 гг., подтверждают тот факт, что как только у человека с возрастом появляется привычка к голосованию как необходимому либо полезному для общественного признания явлению, данный поведенческий паттерн успешно сохраняется без каких-либо дополнительных усилий. Для подростка, впервые посетившего избирательный участок, данный паттерн еще более важен. В то же время исследователи отмечают, что последующее влияние других агентов политической социализации (будь то семья, школа, сверстники или временные объединения) может быть не менее значимым, чем т.н. «гипотеза устойчивости» (Рассел Дэлтон использует термин «persistence hypothesis»).

Стоит особенно отметить, что тезис об устойчивости первичной установки относительно политических институтов верен для отдельных ориентаций и форм поведения, однако не может объяснить противоречивость различных установок, определяющих активность индивида.

Новые исследования

Возрождение интереса к изучению политической активности новых поколений привело к возобновлению исследований по проблемам политической социализации, количество которых резко сократилось к началу 80-х гг. XX века. Флагманами здесь можно назвать работы Вильяма Гэлстона и Вирджинии Шапиро. Раз уж именно в руках молодежи находится ключ к социальной и политической эволюции современных демократий, на первое место выходят такие вопросы:

• Где и как молодые люди приобретают необходимую им информацию о политическом процессе?
• Как формируются политические установки у молодых людей?

Как отмечает Вирджиния Шапиро, современные исследования политической социализации кардинально отличаются от тех, что проводились в США и Европе в 50-70-е годы XX века. В то время было принято рассматривать социализацию как необходимый механизм обеспечения стабильности политической системы. Естественно, что данные исследования находились в фарватере структурного функционализма. Согласно Толкотту Парсонсу, социальная система обеспечивает свое выживание благодаря интенсивному процессу социализации, в рамках которого новые поколения интериоризируют те нормы и ценности, на которых основывается данная социальная система. Таким образом, социализация препятствует любым кардинальным социальным и политическим изменениям, что также относится к большинству исследований.

Чтобы понять специфику прежних исследований политической социализации, обратимся к одному из них, проведенному в начале 60-х годов XX века во Франции. Главной его целью было выяснить, насколько хорошо дети и подростки знают символику и гимн своей страны, имена ведущих политиков, в частности президента. В качестве методики использовалась стандартная анкета с закрытыми вопросами.

Cовременные исследователи политической социализации акцентируют внимание на том, интересуются ли молодые люди политикой вообще и участвуют ли в политической жизни своей страны (исследования Марка Уэ и Дитлинда Штолле, Юдит Торни-Пурта). Меняется и основной объект изучения – вместо влияния семьи и родителей исследуется роль общественных организаций, масс-медиа, групп интересов (различных групп сверстников), а также различные формы неформального взаимодействия в рамках политического процесса.

Анализ политических норм и ценностей молодых поколений для прогнозирования структурных изменений западных демократий имеет смысл только при учете нескольких факторов.

Прежде всего, следует сравнивать политические ориентации современной молодежи не со старшими поколениями, а с молодежью 50-х и 60-х. Это представляется весьма сложным, исходя из более разнообразных методик (изменившейся структуры опросников, более активного использования глубинных интервью и фокус-групп, различных вариантов корреляционного анализа и т.д.).

Второй фактор, который необходимо отметить – как именно происходит процесс интериоризации норм и ценностей текущей политической системы. Следует понимать, что с середины XX века основные агенты социализации претерпели значительные изменения. В частности, основным фактором влияния вместо семьи стала школа (система образования также изменилась). Все больше внимание уделяется анализу роли сверстников и временных объединений (групп молодежи по интересам). Наконец, революцию претерпели масс-медиа как социальный и политический институт.

Необходимо найти эмпирическое подтверждение «гипотезы устойчивости» политической установки. Очевидно, что молодые люди в современных странах имеют множество отличий от старших поколений: они зачастую не имеют постоянной работы и собственной семьи, не являются членами общественных организаций и различных отраслевых союзов. К тому же данная тенденция лишь усиливается благодаря пролонгации обязательного образования в развитых странах.

Поколение недоверчивых

Итак, для того, чтобы спрогнозировать дальнейшее развитие демократий в развитых странах, необходимо, прежде всего, ответить на следующий вопрос: какие отличия существуют между политическими ориентациями современной молодежи и молодежи 50-70-х гг. XX века и чем они объясняются?

Ответ на этот вопрос дают несколько исследований, проведенных в последние годы как на территории США, так и в странах ЕС. В частности, работа Кента Дженнингса и Лауры Стокер, построенная на результатах анкетирования подростков и их родителей в 1965 году. Также были проведены серии интервью (в 1973, 1982 и 1997 году). Уникальность данного исследования в том, что в 1997 году аналогичное анкетирование проводилось среди детей респондентов, участвовавших в опросе 1965 года.

В 1965 году более двух третей респондентов (в возрасте 17 лет на тот момент) согласились с утверждением, что большинству людей можно доверять. 32 года спустя только одна треть представителей младшего поколения ответила на этот вопрос положительно (в то время как их родители остались на прежнем уровне доверия – как и в 1965 году). Данное исследование также доказало, что за резким падением общего уровня доверия к политическим институтам в США с начала 90-х гг. стоят представители «поколения X», в то время как ранее во многих американских исследованиях обвинялось поколение baby-boomers.

Другая работа, которую можно привести в пример – проект Юдит Торни-Пурта, Каролины Барбер и Венди Ричардсон, основанный на IEA Civic Education survey. Его основная цель – ответить на вопрос «Почему уменьшилась степень доверия, уровень социальной активности среди подростков в современных демократических странах?».

Исследователи обращают внимание на такой важный фактор, как сокращение различных форм межличностной коммуникации (дискуссий о политике, отдельных событиях политической сферы) между родителями и детьми. Обычно именно с этим связано формирование первичной установки, определяющей дальнейшую политическую активность молодежи.

Другой вывод исследования - степень доверия к политическим институтам и уровень участия молодежи в политической жизни страны непосредственно связаны с демократическим развитием государства. В менее развитых странах, где демократические институты играют «фасадную» роль (Россия здесь, к сожалению, не исключение), молодежь проявляет гораздо меньше внимания к политической жизни и в меньшей степени доверяет деятельности различных политических институтов. В то же время это может объясняться контролем основных источников информации со стороны государства, а также низким уровнем политической культуры молодежи.

В заключение стоит привести результаты исследования Марка Уэ и Дитлинда Штолле. Они изучали влияние форм политического участия в раннем возрасте на проявление данной активности в процессе взросления. Ими использовалась та же «гипотеза устойчивости», что и у Кента Дженнингса и Лауры Стокер.

Основной акцент был сделан на анализ двух механизмов. Первый – network mechanism, подразумевающий, что если молодой человек активно участвует в деятельности общественных организаций, в процессе взросления его политическая активность будет только возрастать. Второй – attitudinal mechanism, подтверждающий, что отдельные демократические установки, усвоенные ребенком в раннем возрасте (с 7 – 16 лет) от родителей, также с годами будут влиять на него.

Основное достижение исследования Кента Дженнингса и Лауры Стокер - уровень политической активности и доверия к деятельности политических институтов, приобретенный ребенком в раннем возрасте, не изменяется кардинально в процессе дальнейшей политической социализации. На основании данных результатов можно сделать вывод, что если дети в раннем возрасте не доверяют политическим институтам и не склонны участвовать в различных политических и социальных акциях, данная установка останется неизменной и в последующие периоды их жизни. Так как таких людей становится все больше, это представляет серьезную опасность для дальнейшего развития демократических стран.

Кирилл Леонов / R&D.CNews